Архивы категории: Философская лирика

Осень сбросила с плеч багряницу


***

Осень сбросила с плеч багряницу,
ветер кружит пожухлой листвой…
а ты жил на земле словно птица
в вольном небе красы луговой.

Помнит Русь твою чистую песню,
только петь её мог ты один,
не хватает запала поэтам
до твоих подниматься вершин;

Не хватает им силы и воли
на простор поднебесный взойти,
и любить свою русскую долю,
так, чтоб в мысли с креста не сойти.

Как и прежде дороги в ухабах,
и есенинских лет пересуд…
а поэты ругаются матом
и страдает в неверии Русь.

***

Осенние письма


***

Я напишу письмо осенних дней,
и отпущу его на волю ветра,
пусть видят окна нижних этажей
прямоугольник белого конверта;

Его подхватит ветер, понесёт,
пусть адресат его ещё не ведом,
но кто-то обязательно прочтёт
моё письмо написанное бегло.

И только как в поникших небесах
зардеют бледно всполохи заката,
оно уже окажется в руках
случайного такого адресата…

За гранью невозможного, туда,
где в будничной обыденности грубой,
бывает, происходят чудеса,
и люди просто дарят радость людям.

***

Как вновь возвращаются волны


***

Как вновь возвращаются волны
уйдя от своих берегов,
так память моя то находит,
то вдруг удаляется вновь;

И сердце то рвётся как птица,
то падает камнем на дно,
то снова на берег ложится
как чистый и мягкий песок.

***

Арлекин


***

Лишь тихой отрадой приходит рассвет
в мои закулисные будни,
исполнены роли, других больше нет,
и видно теперь уж не будет;

Костюм Арлекино забытый в шкафу
каким-то проезжим артистом,
других не имея, теперь поношу
под зрителей громкие свисты.

Мне их улюлюканье в свете софит
дороже цветов и оваций,
актриса трагедий на сцене стоит
одета как жалкий паяца;

Мне шлют поцелуи с высоких галлер
какие-то добрые люди,
но замер в блистании яркий портер
сверкая моноклями судей.

Паяца танцует, мелькают огни,
под их голубыми лучами
взыскательной публики вздох тишины
застыл поражён созерцанием;

И все в изумлении подались вперёд
забыв про очки и бинокли…
на сцене артист им другим предстаёт
паря в гениальном восторге…

И бурей оваций взрывается зал
метая на сцену букеты….
а мой Арлекин обессилив стоял
на круге разлитого света.

***

Обиды лечить не нужно


***

Обиды лечить не нужно,
обиды проходят сами,
только провожать их надо
со стиснутыми зубами;

И как после бедствия и шторма,
как после какого цунами,
собирать себя снова по крохам
как нежное оригами.

Обиды не в одночасье проходят,
и может, ещё, не скоро,
но поймать ветер счастья
ты усилишься снова;

И тогда проплывая мимо
берегов, где потерпел крушение,
ты будешь смотреть как уныло
они провожают твоё воскрешение.

А тебе, уже, ничего не страшно,
и ты на верном курсе…
провожают маяков башни
восторженно твои безмятежные будни…

И ветер попутный под килем,
и грусть остаётся за бортом,
а те, кто тебя не убили
пусть идут к ……

Обиды лечить не надо,
они забываются сами…
пусть впереди будет солнце
с тихими берегами.

***

Кружится в душе непогода


***

Кружится в душе непогода
и сердце не хочет любить,
скулит человечья природа
и хочется волком завыть;

И хочется выпустить когти
и злобно оскалить клыки,
и впиться обидчику в глотку
и рвать беспощадно в куски…

Но рана дымится и с кровью
уходит стремительно жизнь,
а тот в кого верил с любовью
взирает с огнём ледяным;

Мой зверь в человечьей природе
безвольно обмяк и затих…
а сердце живое колотит
как-будто, ещё, за двоих.

***

Ожидание надежды


***

На небе высокие звёзды зажглись,
и холодно в сумраке ночи,
а мы для себя нужных слов не нашли
и ставим одни многоточия;

И стало привычно душе провожать
надежду одну за другою,
а сердце с годами научено ждать
надежду с надеждой большою…

А жизнь ускользает в открытую дверь
в мгновении скорости света,
и тянется след неисчетных потерь
незримо в сознании где-то;

Но только теряется в тяжести грусть
и катятся первые слёзы,
надежда опять появляется, вдруг,
как в небе высокие звёзды.

***

Печальной птицей одинокой


***

Печальной птицей* одинокой
глядела ночь в мои глаза,
и звуки музыки высокой
неслись из звёздного гнезда.

В нём с вдохновением великим
смычки держали три птенца,
и на ветру вселенском тихом
водили ими без конца;

О, как легко ложились звуки
лаская сердца глубину,
и долгой пыткой сладкой муки
несли познания ему.

И чувством дальше простираясь
я звёзды видела вокруг,
и небо без конца и края,
уже, моих ласкалось рук;

А ночь как птица закрывала
крылами чувственных птенцов,
и сердце чудно узнавало
Надежду, Веру и Любовь…

И я рассеянно бродила
по полю млечного пути,
и так легко и чудно было
мне по нему самой идти;

И звёздный мир и даль земную
он чудно здесь соединил,
звучало всюду Аллилуиа
в пределах неба и земли…

И лёгкий сон смежая веки
меня нежданно отпустил,
а три птенца- вселенной вехи
водили трепетно смычки.

***
___________________
*Птицы — древний символ непреходящего, души, духа, божественного проявления, восхождения на Небо, возможности общаться с Богом.

В предчувствии жизни


***

Я помню жизнь, какой она была,
когда года равняются секундам,
она летела, как летят ветра,
простором переливчатым и чудным.

А мера памяти — мгновение одно,
и долгий вздох- то молодость и силы,
парящее в безвестность бытие
и грозное предчувствие могилы;

И как успеть оставить малый след,
хоть что-то подтверждающее бытность,
что сможет хоть ещё немного лет
хранить тепло твоей потухшей искры?…

Мы оставляем след в своих делах,
и в том, что любим тех, кто с нами рядом,
мы оставляем в мире часть себя
и покидаем землю звездопадом;

Я помню жизнь, какой она была,
а сердце видит бесконечность света,
и если я сгораю здесь дотла,
то для того, чтоб там увидеть это.

***