Зацвела сирень

***

Зацвела сирень, да под утречко,
в озере туман, словно в блюдечке,
ранний многоцвет в солнечных лучах
заиграет как на густых ветвях…

День то сам собой как-то сложится,
а пока что темень в сенках ёжится,
завизжит петля, распахнётся дверь
и вздохнёт душа- зацвела сирень.

Радость в переплёт вместе с птицами,
окунётся как в воду чистую,
пригубит росы, да как ночи тень
отойдёт с души — зацвела сирень.

***

Матушка

***

А у матушки сколько деточек-
осмь мальчиков и седмь девочек,
да до пят коса, и черна как смоль,
а на сердце то и любовь и боль.

А у матушки у голубушки
легкокрылые только думушки,
но как чёрный вепрь в лебедину песнь
станет ночь черна в их окно глядеть.

А у матушки сладкий хлебушек,
да горька молва от соседушек,
но молчат уста кротко чистые…
рушничёк гостям белый вышитый.

Натрудилась как от бесчётных дён,
а легка всегда в поясной поклон,
голубиный взгляд колоколенке,
да детям пригляд в светлой горенке.

***

у героини этого стихотворения есть реальный прототип- люди живущие среди нас.

Девичьи слёзы

***

От песни тихой на приволье
стоят поникшие поля,
вздыхают девушки о доле,
о грустной доле за себя;

Их рощи ласкою тревожат,
и даль светла и лёгок путь,
с чего же в юности пригожей
они невинно слёзы льют?

Грусть хороводная ложится
туманом вкруг родных берёз,
и в ночь глубокую не спится
в таинственном сиянье звёзд;

Их водит удаль молодая
и сладко шепчет на уста,
дрожит волнение узнавая
их непорочная душа.

А на рассвете с негой нежной
в светёлке девичьей заря,
коснётся щёк румянцем свежим
и счастьем светятся глаза;

Их юных грёз мотив безбрежный
на сердце радостно поёт,
пока любви порыв мятежный
его покоя не прервёт…

Послушай дней твоих усладу
и отстранись от грустных дум,
когда у юности в отраду,
ещё, в свободе ясный ум.

***

Она

***

В очках интеллигентное лицо,
в руках всегда  метёлка и лопата…
у магазина выметет крыльцо
с всегдашнею готовностью солдата;

Она не смотрит модный сериал,
её болезнь не давит на диване,
она нужды безжалостный оскал
в безжалостной вытравливает бане…

Собаками облаяна не раз,
ошпарена презрением и матом,
а всё добро виднеется из глаз,
и всё в руках метёлка и лопата;

Ей далеко уже за шестьдесят,
но жалости она к себе не знает,
и по утрам выходит всякий раз,
и терпеливо мусор убирает.

В вдовстве своём суровом как-то тут
не вспоминает есть свои таблетки,
а внучку провожает в институт
горячею и свежею котлеткой;

А дети что?.. не курят и не пьют,
и внуки есть, сколь пальцев на ладошке,
все хорошо устроились, живут…
она ещё поможет чем немножко…

А пенсия, как запасной резерв,
всегда готова кончиться внезапно…
и потому забыв про всякий вред
она начнёт свою работу завтра.

***
_________
у героини этого стихтворения есть реальный прототип…люди живущие среди нас

Гуляй поле

***

Чутко вторит ветру воля,
конь с седлом стоит как страж…
гуляй поле, гуляй поле,
коль имеет сердце блажь…

Развели костры бродяжьи,
в горьком дыме чуток слух,
в тихой заводе лебяжьей
след кровавый смоют с рук.

Скоро войско соберётся,
сброд-ни сброд, охотчий люд,
Нестор батькой назовётся,
да с расправой заживут.

Налетают волчьей стаей-
режут, грабят, потрашат…
деревеньки словно бабы
только ахают в расхват.

Атаману- то за чаркой
всё как сказку рассказать,
как священника подряска
стала в церковке пылать;

И как тот над ним, младенцем,
страшным криком завопил,
что бандита и убийцу
он сегодня покрестил…

И теперь как лихолетье,
в вихре самых чёрных лет
тянет сбродное отрепье
свой кровавый страшный след.

Кличет снова батька хлопцев-
что горюете, орлы?!
начинай разбой, махновцы!-
ешь под водку огурцы…

Чутко вторит ветру воля,
конь с седлом стоит как страж…
гуляй поле, гуляй поле,
коль имеет сердце блажь…

***

Избушка, ночь

***

Избушка, ночь, синь тёмная с окошка
и краешек далёких тайных звёзд,
на лавке калачом свернулась кошка,
а за порогом грустно дремлет пёс.

В горячей тишине неясный шорох
послышится вдруг около печи,
а то зашевелятся разом шторы
и затрещат в заслонке кирпичи;

А то потянет жалостно и громко
накликивая бурю непогод,
протяжным воем ветра по избёнке,
натруженный годами дымоход…

А в сонной глубине белеет печка,
и в монотонной душной храпоте
одна за всех творит молитву свечка
подле икон стоящих в темноте;

И ровный свет связует день и вечер,
и сколько-нибудь может погорит,
она из темноты сияет в вечность
живым огнём от кратеньких молитв.

И от того уютом и покоем
умастит стены дома тишина…
и дымоход утихнет лёгким стоном,
и стихнет мышка в шторке у окна.

***